"Тайно родился еси в вертепе, но небо Тя всем проповеда, якоже уста, звезду предлагая, Спасе", - поет Святая Церковь в навечерие Христова Рождества. Великая тайна благочестия: Бог явился во плоти - была именно тайной. О рождении Бога на земле проповедовали небеса, но эта проповедь была величественной и молчаливой, потому что устами небес была звезда. То событие, которое теперь празднует весь христианский мир, оно прошло в свое время почти совсем незамеченным. Разве знал греко-римский мир, разве чувствовал даже мир иудейский, что где-то в пещере, в Вифлееме Само Божество, воплотившись, соединилось "неслитно и нераздельно, неизменно и неразлучно" с естеством человеческим? Да и скоро ли обратило человечество свое внимание на величайшее событие в своей истории? Прошли не годы, а столетия до того времени, когда высокие умы стали богословствовать о воплощении и о его значении для человечества.
Младенец возрастал, но мы не знаем Его святого детства. Лишь апокрифические евангелия стараются заполнить тридцатилетнюю пустоту и наполняют ее чудесным. Божественное достоинство Младенца ясно обнаруживается в событиях, о которых говорят апокрифы, но обо всем этом молчат Евангелия.
В Евангелиях, наоборот, мы видим постоянное как бы сокрытие Божества. Христос был на земле Бог таящийся. Он просит молчать о Своих чудесах. Он никогда не говорит о Себе: "Я – Бог".
Еще в вертепе совершилось Божественное примешение к естеству человеческому. Христос уже вышел на дело благовествования. Собраны были и ловцы человеков. Они оставили рыбарские сети, но уже погрузили в море человечества свои евангельские сети. А Божество их Учителя лишь чувствуется, но еще не сознано во всей глубине его значения. Воплощение Бога и значение этого воплощения все еще остается в тайне.
Но вот и первый случай, когда повел Христос с учениками Своими речь о воплощении и указал им на его последствия. Где это было? Вдали от людей, вдали от городов, на самом крайнем севере земли обетованной, в пределах Кесарии Филипповой. Там был Христос наедине со Своими учениками. Осторожно Христос спрашивает учеников: За кого люди почитают... Сына Человеческого, то есть Его Самого? "Показывая, как сильно желает, чтобы исповедывали Его воплощение, говорит: Сына Человеческого". Ученики отвечают: "За Иоанна Крестителя, за Илию, за Иеремию, за одного из пророков". Не такое мнение о Себе хочет слышать Господь от Своих ближайших последователей. "Вы же за кого Меня почитаете?" Ваше мнение должно быть иное, высшее. "Ты - Христос, Сын Бога Живаго", - спешит прежде других ответить апостол Петр (Мф.16:13-16). Что сказал Петр? Он исповедал воплощение Сына Божия. Петр сказал то же, что после написал в своем духовном Евангелии Иоанн, когда его ум, как орел, возлетел превыше видимой твари: Слово стало плотию и обитало с нами (Ин.1:14), хотя слава, достоинство, природа этого Слова была славой Единородного от Отца. Великая благочестия тайна прежде, нежели стала общепризнанной (исповедуемой), была исповедана устами Петра от всего лика апостольского. "Слова сии: Ты еси Христос, Сын Божий (Лк.4:41), означают соединение двух естеств, которое для нашего спасения боголепно совершил в Себе Сын Божий". В исповедании Петра следует видеть зерно позднейшей церковной христологии. Многие великие церковные богословы во всей глубине раскрывали христологическое учение, но кратко и совершенно определенно христологическая истина была выражена много раньше Халкидонского Собора - когда апостолы собрались около Самого Христа в предел